ГРАЖДАНСКАЯ ИНИЦИАТИВА ПО
РАЗВИТИЮ ДВИЖЕНИЯ СВЕРХСОЦИАЛЬНЫХ ОБЩИН

Н. Харсеева – «Деловая этика старообрядчества, официального православия и протестантизма: сравнительный анализ» (Aspectus, № 1, 2013)

Наталия Харсеева,
кандидат культурологии

ДЕЛОВАЯ ЭТИКА СТАРООБРЯДЧЕСТВА,

ОФИЦИАЛЬНОГО ПРАВОСЛАВИЯ И ПРОТЕСТАНТИЗМА:

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ

При исследовании такого сложного явления, как конфессиональное предпринимательство, одним из важных параметров является деловая этика, которая одновременно сплачивает и выделяет группу.

Говоря о религиозной составляющей деловой этики, вспомним слова С.Н. Булгакова: «Если личность, играющая роль фактора экономического развития, развивается под влиянием своих этических и религиозных убеждений, то, стало быть, и то или иное религиозное самоопределение личности и вообще религия, как оказывающая влияние на все области жизни, также относится к числу важных факторов развития народного хозяйства» [2, с. 125]. Исключительность роли конфессиональной группы в экономическом развитии страны обычно объясняют выводами М. Вебера (устойчивое этическое своеобразие) или У. Петти («эффект гонимой группы»).

М. Вебер в своей работе «Хозяйственная этика мировых религий» после проведенного сравнения религиозно-хозяйственной этики Запада со своеобразием развития цивилизаций Востока, в том числе и России, делает вывод о том, что православие неспособно формировать духовные стимулы для трудовой и предпринимательской активности. Этой точки зрения придерживаются многие исследователи православия. «Поэтому, − как пишет Е.Н. Васильева, − хозяйственной этике Русской православной церкви часто противопоставляют старообрядческую субкультуру, забывая при этом, что старообрядцы – те же православные, а изменения постигли лишь обрядовую сторону вероучения» [4, с. 19]. Позволим себе не согласиться с данным высказыванием. Зарождение деловой этики старообрядчества связанно с религиозным конфликтом, вызванным церковной реформой патриарха Никона во второй половине XVII века, результатом которого стал раскол социума, затронувший его фундаментальные жизненно-смысловые ориентиры.

Общество разделилось на «праведных», к которым староверы относили самих себя (дискриминируемое меньшинство), и «неправедных» – «слуг антихриста» (большинство, которое осталось в лоне РПЦ). Земной мир для староверов превратился в поле борьбы Христа против антихриста. Произошло «религиозное неприятие мира» (М. Вебер), окружавшего старообрядцев, при котором они считали себя избранными среди отступников истинной веры.

Сергей Николаевич Булгаков — русский философ, богослов, православный священник, экономист

Мировоззрение старообрядцев остается православным, однако меняются акценты. В понимании хозяйственных вопросов старообрядцы чаще апеллируют к иосифлянской традиции в русском православии, которая практиковала аскетический тип спасения: для нее были характерны внутренняя собранность и жизненная практичность. «Никонианский» тип тяготел к мировоззрению заволжских старцев-нестяжателей, которые проповедовали мистический идеал правды созерцания на пути преодоления всякого «миролюбия». В области экономики эти две методики сформировали совершенно противоположные нормы духовной регламентации поведения:

– у «никонианцев» ориентация на мистицизм вызывала пренебрежение активной экономической деятельностью;

– у старообрядцев заимствованная ими у иосифлян модель трудовой аскетики стимулировала трудолюбие и предприимчивость.

Ощущение собственной избранности, близкое к иудейскому, сосредоточенность на самих себе, их замкнутость, уверенность в собственных силах и, безусловно, давление на них извне также послужили стимулом для хозяйственной деятельности старообрядцев. В условиях дискриминации для них были перекрыты абсолютно все каналы социальной мобильности, кроме собственно экономической. Поэтому реализовать мирское служение староверы могли только через хозяйственную, предпринимательскую деятельность. М. Вебер по этому поводу писал: «Религиозные меньшинства, противостоящие в качестве “подчиненный” какой-либо другой, “господствующей” группе, обычно – именно потому, что они добровольно или вынужденно отказываются от политического влияния и политической деятельности, – концентрируют все свои усилия в сфере предпринимательства…» [5, с. 64].

Макс Вебер — немецкий социолог, философ, историк, политический экономист

Подобно протестантизму на Западе, старообрядчество в ХIХ веке дало капиталистический тип личности. Но, не смотря на их схожесть, проявляющуюся во внутримирском аскетизме, в обращении к ветхозаветному тексту, в мировоззрении старообрядцев в результате иного, во многом противоположного толкования Ветхого Завета отсутствует прижизненное вознаграждение за повиновение Божьей воле, как у кальвинистов, у которых спасение было полностью связано с идеей божественного предопределения, принадлежности к богоизбранным. Поэтому никакие добрые дела, ни раскаянья не могут этого изменить, а покаяния не дают возможности искупления грехов. Обезличенный капиталистический порядок, свободный от этического регулирования, индивидуалистический взгляд, объективирующий отношения между людьми, были чужды духу старообрядчества и православия. Отсюда и разное отношение к бедности, богатству, приобретательству и предприимчивости. В.П. Рябушинский выделил такие отличия во взглядах протестантов и старообрядцев, как понимание «хозяина», отношение к святым, отношение к личной милостыне, к бедности [11, с. 123−126]. Так, бедность в протестантизме не рассматривается как явление, включающее в себя моральные ценности и нуждающееся в сострадании или благотворительности. Бедность − свидетельство богооставленности человека, поэтому подаяния исключены, так как они претят Господу. Тунеядство, бродяжничество, попрошайничество, нищенство относились к греховным явлениям, отказу повиноваться божественной воле, поэтому нищие и бродяги преследовались протестантами. В православии бедность приближает человека к Богу, подавать нищим − дело богоугодное. Рябушинский, например, называет людей, для которых житейские блага не имеют значения, святыми, тем самым выражая свое понимание и признание разных миссий человека на земле. Поэтому в России была развита благотворительность – помощь бедным и нуждающимся. В протестантизме помощь возможна только людям (в виде ссуды, работы), попавшим в беду, − своеобразная спонсорская помощь. В православии, в отличие от протестантизма и старообрядчества, не поощрялась личная инициатива и предприимчивость, мало внимания уделялось как мирской жизни, так и хозяйственной. Отсюда и отличное от протестантизма отношение к богатству − духовные начала берут верх над материальными. В православии греховным считается не само богатство, а сребролюбие: «Когда богатство умножается, не прилагайте к нему сердца» (Пс. 61,11). Богатство может стать злом, если исчезнет христианское отношение к труду. В связи с этим уместно вспомнить наставления Т.В. Прохорова, обращенные к предпринимателям и изложенные в его работе «О богатении», в которой заключена, на наш взгляд, философия российского предпринимательства, актуальная и по сей день:

1. «Человеку нужно стремиться к тому, чтобы иметь лишь необходимое в жизни; раз это достигнуто, то оно может быть и увеличено не с целью наживы – богатства для богатства, а ради упрочения нажитого и ради ближнего».

2. «Богатство то хорошо, когда человек, приобретая его, сам совершенствуется нравственно, духовно; когда он делится с другими и приходит к ним на помощь».

3. «Не будь богатства, не было бы ни открытий, ни усовершенствований в различных отраслях знаний, особенно промышленных. Без средств, без труда, энергии не может пойти никакое промышленное предприятие: богатство – его рычаг».

4. «Если богатство приобретено трудом, то при потере его оно сохранит от гибели человека: он станет вновь трудиться и еще может приобрести больше, чем у него было, он живет “в Боге”. Если богатство случайно досталось человеку, то такой человек часто не думает ни о чем, кроме своей похоти, и такой человек при потере богатства погибает» [10, с. 108−109].

С. Булгаков также пишет о том, что надо стараться «не погружаться в хозяйство до конца, не давать овладеть собою его инстинктам, но по возможности и живя в хозяйстве осуществлять свою свободу от богатства, подчинять его религиозно-этическим нормам» [3, с. 231].

Итак, богатство в деловой этике православных предпринимателей не являлось самоцелью и дорогой к наслаждению жизнью (что допускалось), это было прежде всего средство для созидания добра и служения людям. «Хозяйственная деятельность человека ни в коем случае не имеет самостоятельного, самодовлеющего значения, но должна быть регулируема высшими, сверхэкономическими мотивами» [3, с. 231], − писал Булгаков. Именно так национальная психология русского предпринимателя смиряется с греховностью богатства.

Как правильно заметила О.Б. Сергеева, «будучи ортодоксальными православными, старообрядцы, тем не менее, не отождествляли святость с бедностью, как это было принято в православии. Вместо культа бедности старообрядцы создали новый для России культ труда. Их зажиточность и материальное благополучие стали его естественным результатом» [12].

«Формируя социально-этические нормы, благоприятствующие предпринимательской деятельности, старообрядчество вовсе не стимулировало безоглядной погони к наживе. Оно создавало предпринимательский этос, с характерной для православия обращенностью во внутрь, к совести» [1, с. 7]. Достижение богатства становится знаком богоугодности хозяйственной деятельности старообрядцев: чем больше богатств они могли стяжать, тем могущественнее становился Господь перед силой антихриста, и так возникал духовный стимул для безграничного приобретательства. Купцы-старообрядцы идею стяжательства не рассматривали как богатство ради богатства, как постоянное наращивание обладания все большим числом вещей и предметов, а как преображение жизни через преодоление греховной основы человека путем самоотверженного подвижнического труда, как средство для созидания добра и служения людям. Богатство стало признанием молитвы старообрядцев перед Богом, к чему привела концепция труда «благого и богоугодного», признававшая одинаково важными труд духовный, труд физический, труд предпринимательский, труд организационный.

О.Б. Сергеева делает вывод: «Именно старообрядцам мы обязаны созданием трудовой этики. До них труд в России рассматривался исключительно как подневольная повинность, “каторга”» [12]. У старообрядцев труд – это святое дело и добродетель, исполнение которой является высшим жизненным наслаждением, потому что посредством труда человек приближается к Богу, преодолевает свою греховную основу. Но в обществе не все понимали духовную сущность отношения старообрядцев к труду, характерную для мировоззрения Древней Руси. Например, М. Горький пытался объяснить это с каких-то поверхностно-западноевропейских технических позиций, когда анализировал свои беседы с купцом-старообрядцем Н.А. Бугровым о его работе: «…в его речах о ней звучало что-то церковное, сектантское. Мне казалось, что к труду он относится почти религиозно, с твердой верой в его внутреннюю силу, которая со временем свяжет всех людей в одно необозримое целое, в единую разумную энергию, цель ее: претворить нашу грязную землю в райский сад» [6, с. 5−30]. Такое отношение к труду было характерно для многих российских предпринимателей-старообрядцев.

В протестантизме труд непосредственно связан с религией. К признакам истинной веры относится честное выполнение человеком своих обязанностей, а не внешнее соблюдение религиозных предписаний. Лишь труд может способствовать очищению и созиданию души человека. В православии, в отличие от протестантской трудовой этики, труд не является единственным способом богоугодности, ему «отводится явно подчиненное место. И его невозможно, по словам К. Касьяновой, перевести в другой разряд, не нарушив системы» [7, с. 111], в которую входят три элемента: спасение, терпение и труд. Молитва, пост и созерцание более необходимы для спасения души. В православии «религиозным вдохновением», по словам Булгакова, пронизана вся жизнь человека: от храмовой до бытовой. Главным является сам процесс труда, а не его результаты, поэтому предпочтение отдается физическому труду, а не интеллектуальному.

Большое значение как в православии, так и в старообрядчестве имеет воспитание хозяйствующего человека, а не «экономического человека», как в протестантизме. Так, Т.В. Прохоров считал, что воспитание предпринимателя должно начинаться с детства: «Надобно впредь детей купеческих приучить к постоянному труду, к умеренности в потребном для жизни, к охотному богатению, но без малейшей алчности и зависти, к равнодушию в потерях выгод, но к неравнодушию потери совести и честного имени, к любопытности и любознательности, относящимся к нравственности и делу» [10, с. 108−109].

Купцы-старообрядцы сыграли большую роль в формировании деловой этики предпринимательства, основанной на православии. В ней были сохранены принципы, исторически сложившиеся русские устои жизни и верность «началам древнего русского благочестия» [9, с. 59]. Одним из важных факторов в развитии хозяйственной культуры купцов-старообрядцев была патерналистская политика, которая проявлялась в той взаимопомощи, которую они оказывали друг другу, при этом требуя от членов общины соблюдения определенных этических норм. Обладая значительными денежными средствами, раскольничьи общины выдавали практически беспроцентные кредиты своим единомышленникам, помогая им организовать свое дело. Миссионеры официальной церкви даже в начале ХХ века отмечали, что «сила раскола в его братском единстве, в поддержке богачей, которые благоволят “своим христианам” в разных видах: выписывают для них книги, начетников для защиты от миссионеров, испрашивают для них милости у сильных мира сего» [8, с. 50]. Купцы-староверы организовывали молельни и богадельни по всей России. Например, Рогожское и Преображенское кладбища с многочисленными богадельнями в Москве находились под покровительством Ф. и В. Рахмановых, К.Т. Солдатенкова, А. Шелапутина, Ф. Карташева, И. Окорокова, Е. Воробьева, Г. Цесарского, Неокладного, Свешникова и др. в Петербурге богадельни находились под патронажем Громовых, Дерябиных, Фоминых, Зиновьевских и др. В Саратове была известна богадельня, устроенная Бугровым и Блиновым. Кстати, богадельни оказывали помощь не только единоверцам, но и представителям РПЦ. Но надо заметить, что в те годы РПЦ внесла также не малый вклад в формирование духовного облика зарождающегося предпринимателя и развития благотворительности и меценатства. В качестве подтверждения приведем слова В.П. Рябушинского: «Возвращаясь к старине, следует отметить, что смягчающее влияние Православия на характер деловых отношений хотя и было большим в те времена, но осуществлялось оно не легко, а лишь путем упорной борьбы с человеческими слабостями. Сложна и полна противоречий природа русского человека, и «хозяин» не составляет в этом исключения. Классический его тип до сих пор сохраняется в лице хозяйственного великорусского мужика. Кто знает этого упорного стяжателя, прижимистого, твердого, настойчивого в труде, смекалистого, ловкого, часто очень одаренного, но одновременно обуянного большой духовной гордостью, тот поймет, что не всегда ему легко склонять свою умную, но упрямую и обуреваемую соблазнами голову перед заповедями Христа» [11, с. 126−127]. Важной чертой старообрядцев было то, что в гораздо большей мере, чем другие слои, они сохраняли самобытные черты и несли в себе ценности русского национального сознания и русской культуры. Консерваторы в религиозной жизни, в хозяйственной жизни они выступали новаторами. Изолированность и положение меньшинства (20 % российского населения) привели к тому, что старообрядцы стали в какой-то степени больше индивидуалистами, чем официальные православные. Они стали частными собственниками. В итоге именно старообрядцы обеспечили взлет российского предпринимательства в конце ХIХ века. Итак, анализ показал, что религия всегда воздействовала на практические импульсы к действию, задавала тон поведения верующих в экономической и производственной сферах, формировала отношение к труду, тем самым оказывая большое влияние на становление деловой этики предпринимательства. Изучение позиций старообрядчества, официального православия и протестантизма по отношению к предпринимательской деятельности показывает, что они отнюдь не одинаковы. В аксиосфере деловой этики старообрядчества и официального православия преобладают духовные ценности, а в протестанской трудовой этике − ценности эмпирических форм морали, которые формируют экономического человека, то есть рационализированного индивида с ярко выраженной достижительной, прагматической и гедонистической ориентацией. В официальном православии нет предпосылок для развития экономического человека, но есть много предпосылок для развития хозяйствующего человека, то есть индивида, актуализированного в добре, служащего обществу и его благу.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Брянцев М. В. Роль старообрядческой общины в становлении русского предпринимательства. URL: e-lib.gasu.ru/konf/mak/arhiv/2002/16. (дата обращения: 15.03.2013).

2. Булгаков С. Н. Два града. Исследования о природе общественных идеалов. СПб., 1997.

3. Булгаков С. Н. История экономической мысли. Основные мотивы философии хозяйства в платонизме и раннем христианстве. Понимание в христианстве вопроса о собственности // Русская философия собственности (XVIII−XX вв.). СПб., 1993.

4. Васильева Е. Н. Становление культуры предпринимательства в современной России: автореф. дис. … канд. соц. наук. Волгоград, 2007.

5. Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма // Избранные произведения. М., 1990.

6. Горький М. Н. А. Бугров. Нижний Новгород. 1998. № 2. С. 5–30. 7. Касьянова К. О русском национальном характере. М., 1994.

8. Костромские епархиальные ведомости. 1906. № 2. Неофициальная часть.

9. Мельников Ф. Е. Церковно-общественная жизнь старообрядчества за 1910 г. // Церковь. 1911. № 3.

10. Прохоров Т.В. О богатении. Материалы к истории Прохоровской Трехгорной мануфактуры. М., 1915 // Экономика русской цивилизации / под ред. О.А. Платонова. М., 1995. 11. Рябушинский В. П. Старообрядчество и русское религиозное чувство. Русский хозяин. Статьи об иконе. М.; Иерусалим, 1994.

12. Сергеева О. Б. Старообрядчество как архетип российского предпринимательства // Международная научно-практическая конференция Российское бизнес-образование: зарождение евразийской концепции. URL: http://www.forleader.ru/konf/Sergeeva.htm (дата обращения: 11.05.2013).

СКАЧАТЬ СТАТЬЮ В ФОРМАТЕ DOC: здесь