ГРАЖДАНСКАЯ ИНИЦИАТИВА ПО
РАЗВИТИЮ ДВИЖЕНИЯ СВЕРХСОЦИАЛЬНЫХ ОБЩИН

В. Михайлов – «Этнокультурное предпринимательство как стимул развития экономики (на примере старообрядческих общин в Российской империи)» (Вестник Башкирского университета, №4, Т. 19, 2014)

Вячеслав Михайлов,
Уфимский государственный нефтяной технический университет

ЭТНОКУЛЬТУРНОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО

КАК СТИМУЛ РАЗВИТИЯ ЭКОНОМИКИ

(на примере старообрядческих общин в Российской империи)

Во всем многообразии условий, которые создают эффективные стимулы развития экономики, большую роль играют неформальные институты [1–2], которым в общем и целом, тем не менее, в экономической литературе, да и в практике государственного управления уделяется мало внимания. Так, государство, стремясь стимулировать экономическое развитие в стране, прибегает к макроэкономическим инструментам (ставка рефинансирования Центрального банка, денежная политика, налоговая политика), на местном уровне – к различным льготам. То, что одни и те же меры макроэкономического и микроэкономического характера имеют различный эффект в разных странах, говорит о том, что большую роль играют неформальные институты, присущие этим народам.

Особый интерес представляет изучение того, как в пределах одной страны, и тем самым, в одних и тех же внешних экономических условиях ведут себя различные группы людей, отличающиеся межгрупповыми неформальными институтами. Это направление, в частности, представлено исследованиями в области этнокультурного предпринимательства [3].

В данной статье обратимся к анализу этой проблематики на примере такого культурного меньшинства в России, как старообрядцы, используя клиометрический метод [4]. Как известно, среди успешных предпринимателей России XVIII–XIX вв. старообрядцы составляли значительную долю, образуя в населении России в целом меньшинство, причем гонимое меньшинство.

История старообрядцев восходит к 1653–1656 гг., когда в России была осуществлена церковная реформа патриарха Никона, целью которой была единая, общегосударственная система процедур церковной обрядности при умеренном их реформировании, что было воплощением развивающегося абсолютизма и сковывало экономический и культурный рост, вело к единообразию.

Часть общества, таким образом, оказывалась в неудобном положении и вынуждена была либо подстраиваться под предъявляемые большинством требования, либо разными способами защищать себя, воздействовать на властные структуры, общественные движения. Таким образом, в православном населении России выделилась часть, составлявшая меньшинство, притесняемое со стороны государства, которое и получило названия «старообрядцы» и «староверы».

Староверы использовали все возможности для того, чтобы не быть поглощенными, ассимилированными иноверным окружением, их конфессиональная общность развивалась по пути материального обогащения и превращалась в мощную общественную организацию, способную влиять на все сферы жизни в стране, выживать, сохранять и преумножать число своих поклонников.

Старообрядчество было крупнейшим в истории России религиозно-общественным движением. В нем отразился стихийный, неосознанный, облаченный в религиозную оболочку протест, порожденный социальными противоречиями самодержавно-крепостнического строя. В течение трехсотлетней эволюции общественно-политическое содержание этого протеста менялось в зависимости от изменения социального состава движения, конкретной исторической ситуации и расстановки классовых сил [5].

Староверы, сформировавшие в себе предпринимательские и организаторские способности, становились успешными купцами и заводчиками. Если проанализировать существовавшие в среде российского купечества конца девятнадцатого века ценности и моральные нормы, то можно прийти к выводу, что купцы-старообрядцы обладали особым менталитетом.

Менталитет купца-старообрядца формировался под воздействием трех факторов: стремление выжить в условиях притеснений со стороны государства и официальной церкви, естественным стремлением к благополучию и религиозной трудовой этикой. Из этих трех факторов решающим стал именно фактор гонения, так как, помимо казней и ссылок, правительство прибегало к экономическим мерам давления: вводило легальные и незаконные налоги и поборы, для уплаты которых требовались дополнительные средства, что вынуждало старообрядцев усиливать свои экономические устремления, совершенствовалась их религиозная система, которую они старались сохранить. Масштабы сбора средств в конфессиональную казну соответствовали масштабам их применения: от заботы о сиротах и нетрудоспособных, обучения детей и взяток светским и духовным властям для строительства общинного жилья и выкупа общинников-старообрядцев из крепостной зависимости. В старообрядческих фабричных поселениях появлялись больницы, рабочие клубы (безалкогольные трактиры), школы, фабричные лавки, иногда фабричные театры и библиотеки. Там, где появлялись старообрядческие предприятия, земства утрачивали свою актуальность. Центральной же задачей оставалось укрепление конфессиональной экономической основы, которую на равных правах составляли общинные хозяйства и формально частные предприятия членов общин. При этом фабричные цеха становились безопасным местом для отправления многократных ежедневных богослужений [6].

На старообрядческих предприятиях проводились заседания советов общин, превратившихся в конфессионально-административные органы управления духовной жизни [7].

Фабрика становилась храмом, культовым сооружением и одновременно центром местной жизни. Староверы обычно нанимали в качестве работников единоверцев. В рабочий день входило и время для коллективных богослужений, занимавших даже в укороченном варианте в общей сложности не менее двух часов в день. При этом рабочий день длился по 14–16 часов в сутки, и никто не роптал. Показательно, как отреагировали на правительственные планы сокращения рабочего дня, ночных смен и детского труда известные фабриканты-староверы братья Хлудовы, заявившие, что для детей и рабочих лучше находиться в «светлом и здоровом помещении фабрики», чем «в душной атмосфере своей избы» [8].

Для купцов важным было сохранение высокого морального духа членов общины, т.к. общинники всегда могли поддержать предпринимателя, если он одной с ними веры и моральных убеждений и сам поддерживал своих единоверцев, помогал кому-либо начать свое дело.

Опираясь на общественную поддержку, купец мог рассчитывать на потребительские предпочтения покупателей из числа членов общины, ведь они выберут его товар, тем более, самому купцу становилось морально необходимо заботиться о высоком качестве товара со своей мануфактуры.
Важной особенностью ментальности купцов-старообрядцев было неистребимое желание отдать своих детей для обучения в университет для того, чтобы они, завершив обучение, заняли высокие посты в старообрядческом бизнесе и властной элите страны. Староверы-купцы пристраивали своих детей в университеты, главным образом в Москву и Казань. В качестве «приоритетного» в Московском университете рассматривался юридический факультет, особенно когда его деканом стал А.С. Алексеев – выходец из семьи староверов-купцов Алексеевых-Станиславских. О старообрядческом влиянии на факультете можно судить по воспоминаниям П.А. Бурышкина, который был дружен со староверами [9].

Происходило постепенное признание, своеобразная «легитимизация» старообрядчества, т.к. все труднее было считать врагами и раскольниками тех, кто не раскалывал, а, наоборот, сплачивал общество, строил дома, производил качественный товар, прокладывал дороги, жертвовал в пользу образования и медицины.

Даже в среде постоянно нуждающихся православных верующих, которые «не чувствовали заботу со стороны «своих купцов», старообрядцы выигрывали в народном мнении» [10].

Купцы-старообрядцы старались развивать свою торговлю там, где у них была поддержка и не было недобросовестной конкуренции.

Староверы-производители не могли разориться в конкурентной борьбе с единоверцами. Конкуренции не было. Наоборот, прочно обосновавшиеся фабриканты считали своим долгом помогать начинающим собратьям сырьем и оборотным капиталом по пониженным процентам [11].

Некоторые российские чиновники, в частности, министр финансов Российской империи И.А. Вышнеградский, были в восторге от производственных итогов деятельности старообрядческой промышленности. Он говорил: «Наши христолюбивые старообрядцы – преображенцы в российском торгово-фабричном деле – великая сила; они основали и довели нашу отечественную заводскую промышленность до полнейшего совершенства и цветущего состояния» [12].

Анализ исторической и социологической литературы, связанной с культурой и традициями народов России, а также старообрядцев, позволяет сделать общий вывод о значительном влиянии культуры на экономическое развитие. Неформальные институты экономического поведения жителей России, определяемые моральными нормами старообрядческой культуры, в решительной степени определяют модели организации хозяйственных отношений и, в конечном счете, экономическое развитие большой социальной группы.

Другой важный вывод, который можно сделать, заключается в том, что культура, несмотря на свою консервативность, может меняться со временем, что особенно становится заметно в последние десятилетия в связи с развитием процессов глобализации. Кроме этого, возможны эволюционные изменения культуры и соответственно — экономических отношений, примером которых является историческая трансформация старообрядческого общества под влиянием идеологического и экономического давления.

Наконец, становится очевидным, что успешное решение проблем экономического развития нашей страны, России, невозможно без анализа традиционной культуры ее народов, ее изменений в прошлом, настоящем, прогнозирования возможных изменений. Очевидно, особенности характерных для старообрядцев неформальных институтов экономического поведения определяли такие специфичные для развитых в прошлом регионов России явления, как традиционная ориентация экономики на переработку природных ресурсов, а не только на их добычу; постоянное ускорение процессов модернизации; стремление к эффективному использованию финансовых ресурсов и благотворительности.

Почти любые частные владельцы присваивают львиную долю «прибавочной стоимости», но христианское отношение к этому коренным образом расходится с марксистским. Любой организатор производства, частный владелец или государство будут изымать большую часть прибыли хотя бы для того, чтобы развивать производство. Работнику нет разницы, кто изымает часть произведенной им стоимости – государство, группа акционеров или частное лицо. Ему важно, чтобы платили как можно больше и создавали такие условия, при которых он сможет достойно содержать себя и свою семью, не терять самоуважения. При этом еще важно, чтобы не были наглухо закрыты так называемые «социальные лифты» для трудолюбивых работников, чтобы они могли рассчитывать на помощь в случае болезни и материальное обеспечение в старости. Это есть христианское хозяйствование в понимании староверов XVIII–XIX вв.

Применительно к современной России и стоящим перед ней задачам развития экономики представляется очень ценным опыт развития предпринимательства среди старообрядцев – этнических русских, тоже православных, но оказавшихся в особых институциональных условиях. В настоящее время продуманная государственная политика в области развития предпринимательства может быть направлена на развитие, прежде всего в молодом поколении, но также и среди населения активного трудоспособного возраста, качеств, которые помогли староверам-предпринимателям стать успешными. Это прежде всего положительное отношение к экономическому благосостоянию, к статусу быть богатым. До сих пор среди значительной части населения бытует негативное отношение к этому статусу, богатство ассоциируется с воровством. Второе, и это тоже очень важно, надо прививать представление, что богатство (хорошее материальное положение) должно быть достигнуто только путем упорного труда, а не обмана и манипуляций. Третья черта, которая помогла староверам быть успешными, — это коллективизм, умение кооперировать друг с другом.

Формирование этих качеств в молодом поколении через систему образования и массовые средства коммуникации (интернет, художественные и документальные фильмы, телевидение) даст уже через десять лет эффект: новое поколение, входящее во взрослую жизнь, придаст динамизм российской экономике.

ЛИТЕРАТУРА:

1. Полтерович В.М. Элементы теории реформ. М.: Экономика, 2007. 447 с.

2. Клейнер Г.Б. Эволюция институциональных систем. М.: Наука, 2004. 240 с.

3. Радаев В.В. Экономическая социология. М.: ИД ГУ ВШЭ, 2005. 604 с.

4. Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. М.: Начала, 1997. 180 с.

5. Галимова Л.Н. Особенности менталитета купца-старообрядца // Известия ВУЗов. Поволжский регион. Гуманитарные науки. 2011. №3. ссылка

6. Шахназаров О.Л. Отношение к собственности у старообрядцев (до 1917) // Вопросы истории. 2004. №4. 53 с.

7. Семенова А.В. Национально-православные традиции в менталитете купечества в период становления российского предпринимательства. М., 1990.

8. Жилкин И. Старообрядцы на Волге. Саратов: Высшая школа, 1905. 63 с.

9. Воронова Л. Церковь достоинства // Старообрядец. 2001. №22. 363 с.

10. Старообрядчество. История, культура, современность. М.: Организационная комиссия центра истории и культуры старообрядчества, 1997. 42 c.

11. Мельников-Печорский П.И. В лесах. М.: Художественная литература, 1989. 212 с.

12. Ливанов Ф.В. Раскольники и острожники. СПб.: Типография, 1868. 47 с.

СКАЧАТЬ СТАТЬЮ В ФОРМАТЕ DOC: здесь